20 августа в российский прокат вышел фильм о писательстве и воровстве, снятый иранским режиссером Асгаром Фархади, обладателем двух «Оскаров» и заслуженным любимцем Канн, обвиненном в плагиате
Иранец Асгар Фархади давно признан в Европе. Свой первый французский фильм «Прошлое» он снял еще в 2013 году. За эту картину режиссер получил не только россыпь номинаций на престижных кинофестивалях, но и премию Национального совета США, а актриса Беренис Бежо, сыгравшая Мари, — две награды в Каннах (одна из них — за лучшую женскую роль).
В 2022-м лента «Герой», сорвавшая уже гран-при на Каннском фестивале, обеспечила своему создателю скандальную известность. Пресса пестрела заголовками вроде «От героя до вора», а кинокритики рассуждали о том, что в отличие от своего персонажа, Рахима Солтани (актер Амир Джадиди), режиссер не устоял перед соблазном.
В основу этой картины легла реальная история Мохамеда Реза Шокри (он, кстати, потом подал иск). Мужчину выпустили на пару дней из долговой тюрьмы, по пути домой он, как и персонаж «Героя», нашел сумку с деньгами и вернул ее владельцу. И все бы ничего, вот только об этом сюжете, если верить прессе, Фархади узнал от своей студентки Азаде Масихзаде, которая в 2018 году сняла о Шокри документальную ленту «Все победители — все проигравшие». Под угрозой получить 75 ударов плетью и два года тюрьмы (очевидно, таково в Иране наказание за клевету) Масихзаде подала на бывшего наставника в суд, обвинив его в плагиате. И что самое интересное, блюстители закона встали на сторону девушки, обязав режиссера отдать пострадавшей всю прибыль, полученную от проката картины.
Ремейк жизни
В этом контексте еще более любопытно то, что после долгого перерыва Асгар Фархади не просто решил снять фильм о воровстве, но вновь позаимствовал идею у коллеги. Хотя в этот раз режиссер был умнее и указал в релизе, что его картина частично основана на одном из сюжетов «Декалога» Кшиштофа Кесьлёвского, а точнее, на истории номер 6 — «Коротком фильме о любви».
Как и герои польской ленты, персонажи Фархади увлечены слежкой друг за другом. Впрочем, история иранского режиссера, хоть и заимствует несколько важных сюжетных поворотов из работы Кесьлёвского, ремейком все же не является. Поскольку подглядывания за чужим окном Фархади нужны не для разговора о любви, а для беседы о творчестве.
Итак, перед нами писательница Сильви (забавная роль Изабель Юппер; некоторые критики пожурили актрису за излишнюю карикатурность). Чтобы сочинить новую книгу, женщина подглядывает в телескоп за соседями напротив. В своем романе она утверждает, что когда-то родилась именно в этих апартаментах, а теперь там работает и иногда ночует девушка, которую Сильви назвала Анна. На самом деле ее имя Нита (роль исполнила Виржини Эфира), и она очень похожа на мать писательницы.
У Анны/Ниты есть коллеги (квартира переоборудована в студию озвучки): начальник, он же главный звуковой режиссер, Пьер/Николя (Венсан Кассель) и его более молодой помощник Кристоф/Тео (Пьер Нинэ). Разумеется, Сильви уже напридумывала кучу всего про эту троицу (роман, ревность, драма и даже убийство). И все бы ничего, вот только редактор (Катрин Денёв) новую книгу опять не принимает, называя ее плоской и вторичной. Впрочем, основная претензия такова: «Все слишком старомодно, люди давно себя так не ведут».
Законное воровство
Однако понятная история о творческом кризисе и подглядыванием за жизнью начинает расслаиваться, двоиться и даже троиться (иногда зрителю придется спрашивать себя: «А точно это все придумала Сильви, или нам показывают реальность?»), когда в доме писательницы появляется Адам (Адам Бесса) — юноша, не так давно вышедший из тюрьмы. К слову сказать, он отсидел за карманную кражу, а в начале ленты сам поймал воришку.
Очевидно, темы ответственности, воровства и раскаянья, показанные в фильме под несколькими углами, серьезно волнуют Фархади. Именно Адам говорит Сильви, что, обкрадывая людей, он никому не причинял вреда, а лишь уносил немного их денег. Позже именно Адам похитит рукопись писательницы и выдаст за свою. На вопрос: «Какого черта?» ответит искренне: «Она же вам больше не нужна, вы ее сами выкинули».
Но интереснее тут другое: украв книгу Сильви, Адам становится соавтором запутанного сюжета — он тоже начинает следить за Нитой. А в какой-то момент, не сумев справиться с соблазном, даже знакомится с ней. А еще он немного дописывает текст (или все же имитирует дописывание?). Пытается ли таким образом Фархади сказать своей бывшей студентке Масихзаде, что все художники мира (а особенно молодые) начинают с воровства у жизни, или это лишь кажется зрителю, исходящему из контекста, до конца не известно.
Рождение писателя
Однако именно образ странного Адама делает этот фильм по-настоящему любопытным. Поскольку заставляет всех персонажей взглянуть на свои жизни и чужую фантазию с неожиданной стороны. Впрочем, никому из героев мотивы юноши не ясны полностью.
Он как будто влюблен в Ниту, но в тоже время передает ей рукопись. Позже с жадностью натуралиста смотрит в телескоп, пытаясь узнать, что будет делать девушка. А дальше включается не искусство, но жизнь, которая оказывается грубее и скучнее литературы.
Виржини Эфира в ленте Фархади тонко играет трех женщин, вполне гармонично сосуществующих в одной. Но какова настоящая Нита, зрителю придется додумывать самому.
Отдельно стоит отметить операторскую работу Гийома Деффонтена — все эти мастерски и по нескольку раз увязанные детали (окно, балконные перила, парящие руки женщин, хищные и затравленные взгляды мужчин), отличный свет — в основном неестественного происхождения, на удивление воздушные съемки в ограниченном пространстве, неожиданные ракурсы, заставляющие нас чувствовать себя не столько свидетелями, сколько участниками происходящего. Монтаж Хайде Сафияре (уже работавшей с Фархади над «Разводом Надера и Симин») добавляет картине четкости. Поэтому хронометраж — два часа двадцать минут — почти не ощущается.
Впрочем, в отличие от «Горького Рождества» Педро Альмодовара (его фильм тоже боролся за первенство в Каннах этого года) Фархади в «Параллельных историях» не сильно интересуется вопросом, кому и когда можно воровать у жизни. Финальное письмо Адама, которое тот отправляет Ните, не то прикидываясь виноватым, не то пытаясь искренне извиниться, говорит нам о том, что литературный вымысел порой способен подчинить себе жизнь. Не просто увлечь нас на несколько часов, но сделать героями своих, пусть и параллельных, историй.
