Самый успешный проект студии А24 побил кассовый рекорд и вызвал большой резонанс. Новый хоррор о закрытых пространствах одних пугает, а других злит. Погрузимся в его морок, чтобы постараться выудить смыслы и причины популярности
Стремительно меняется киноландшафт. Еще вчера без специального образования и внушительного жизненного багажа нельзя было войти в круг кинематографистов. Индустрия молодеет на глазах. Территория для заявки о своих идеях открыта и теперь доступна всем. Где найти молодых и дерзких авторов, как не на просторах интернета?
Алло, мы ищем таланты
В конце прошлого века подростки у костра пугали друг друга жуткими историями и городскими легендами. Сегодня же таким эффектом обладают изобретательные крипипасты — популярные страшилки в сети. Одна из таких историй о загадочном пограничном пространстве между мирами в виде просторных комнат, переходящих одна в другую, стала основой для веб-сериала юного ютьюбера Кейна Парсонса.
Еще в 2021 году, когда ему было всего шестнадцать, он опубликовал первый эпизод проекта The Backrooms (Found Footage) — «Подсобки». Сенсационное видео стало вирусным. Затем Кейн снимает продолжение. Двадцать пять эпизодов набирают миллионы просмотров. Проект становится седьмым по популярности видео на YouTube в 2025 году. Это не могло не привлечь внимание студии А24, которая строит свою работу на нетрадиционных подходах и поиске новых талантов. Популярный в интернете двадцатилетний автор получает серьезное предложение снять полноценный полнометражный фильм по мотивам собственного сериала. Сценарий к нему помогает написать Уилл Судик («Мир Дикого запада»). Так на экранах появляется самый успешный за всю историю компании А24 проект — хоррор «Закулисье реальности» (2026).
Скромный бюджет картины насчитывал около 10 миллионов долларов. При этом в мировом прокате за несколько недель фильм собрал более 230 миллионов. Такого финансового успеха не было даже у прошлого лидера студии — номинанта на «Оскар» авантюрной драмы «Марти Великолепный» (2025) Джоша Сэфди с Тимоти Шаламе в главной роли. В чем же секрет неожиданного прорыва?
Удушающая теснота
В далеком для основной целевой аудитории этой картины 1990 году владелец мебельного магазина Кларк, убедительно представленный звездой оскароносной исторической драмы «12 лет рабства» Чиветелом Эджиофором, постепенно спивается в депрессивном одиночестве. Он борется со своими приступами ярости и обидой на выставившую его за дверь жену, которая в отличие от него активно двигается, получает образование и идет к своей мечте. В прошлом архитектор с планами, он не престает винить ее за собственную несостоятельность и деградацию. Кларк ограничивает круг своего общения. Лишь пара молодых наемных продавцов Бобби (Финн Беннетт) и Кет (Лукита Максвелл) помогают снимать унылую видеорекламу для его магазина с пафосным названием «Османская империя капитана Кларка». Хозяин наряжается для этого в нелепый карнавальный костюм пирата.
В свободные от бесполезной работы вечера Кларк посещает такого же бесполезного психолога Мэри (Ренате Реинсве). Молодая женщина живет в типовом одноэтажном доме, вяло продвигает свои услуги при помощи аудиозаписей с полезными советами по саморазвитию и мучается от детских воспоминаний о жестокости собственной матери. Жизнь несчастных людей оживляется в тот момент, когда Кларк, находясь в нетрезвом состоянии в подвале (Зигмунд Фрейд уже потирает руки) своего магазина, обнаруживает портал в стене, ведущий в странные пространства огромных желтых комнат. Перейдя в новое измерение, он начинает исследование неизведанного, даже не подозревая, насколько это опасно.
Пугающие пространства
Вырвавшись из привычного тоскливого мира своего бытия, Кларк азартно пускается в опасное путешествие, затягивая невольных попутчиков. Он не осознает, что погружается в глубины самого себя и наталкивается на собственных монстров внутреннего бессознательного. Блуждание в лабиринтах памяти полно неожиданных звуков и образов.
Тревожная сновидческая атмосфера, которую создает камера Джереми Кокса («Крипер»), обостряется эффектом «случайно найденной пленки». Дрожание изображения, ручная съемка и резко меняющийся угол зрения не дают расслабиться. Особенно сбивает с толку вопрос, в чьих руках камера и чьими глазами зритель смотрит на происходящее.
Опыт микробюджетной «Ведьмы из Блэр: Курсовая с того света» (1999) Дэниэла Мирика и Эдуардо Санчеса чувствуется не только в манере отображения реальности, но и во введении в фильм двух молодых персонажей с камерой. С культовым хитом «Закулисье реальности» роднит еще и головокружительный коммерческий успех. В «Ведьме из Блэр» пугали базовые для любого человека страхи лесных пространств. Новаторство молодого постановщика Кейна Парсонса работает на клаустрофобических территориях затхлых залов огромных гипермаркетов, бесконечных кубриковских коридоров с неожиданными поворотами и дальними закоулками, затерянных темных хичкоковских кладовок и угрожающе гудящих ламп дневного света Дэвида Линча.
Растущая тревога теперь связана с офисными зонами и их необычным наполнением. В этот кромешный ад современного клерка уже опускался в 2022 году популярный инновационный сериал «Разделение» Бена Стиллера по сценарию Дэна Эриксона. Но если он представлял собой корпоративную социальную антиутопию, то «Закулисье реальности» претендует на звание новейшего экзистенциального хоррора для нервозного жителя мегаполиса.
Впуская чужих чудовищ
Бытовой ужас эволюционирует. Во вселенной памяти героев искажения наслаиваются одно на другое и изменяют объекты. Как в страшном сне, где все обыденно. Но, если вглядеться, поймешь, что нормальность ускользает, а лица людей расплываются. Обед за столом на кухне превращается в сюрреалистическое полотно Сальвадора Дали.
Странные голоса и шумы за стеной, будоражащая музыка Эдо Ван Бримена («Братья Харди») нагнетают дополнительной жути. Преследование одноногим пиратом своей жертвы повторяет знакомую неумолимую поступь Терминатора в финальной сцене знаменитого блокбастера. Образы сливаются в непрекращающийся ночной сон разума.
Загадочные лиминальные пространства притягивают и отталкивают одновременно.
Материально воплощенная зона памяти при помощи декораций и текстур команды художника Дэнни Верметта («Обезьяна») добавляет истеричной нестабильности. Сочетая стерильность и захламленность помещений, она принимает пугающую форму. Неприятно беспокоит узнавание знакомого в незнакомом.
Такое же столкновение, но уже двух сознаний героев, приводит к выводу о невозможности диалога. Когда психоаналитик Мария пытается понять своего пациента, она неизбежно впускает его в свою голову. Ее болезненные детские воспоминания сливаются с параноидальным миром Кларка и образуют уже третью, еще более пугающую реальность. Связь с ней теряется. Она живет по своим неизведанным законам. Мария не в силах помочь. Она лишь приумножает свои собственные страхи, добавляя к ним чужие.
Забредая в закоулки сознания героев фильма, холодеет душа не только у молодого зрителя, на которого рассчитан основной эффект, — любой взрослый человек неизбежно начинает ощущать неприятный дискомфорт.
