12 августа в 22:00 на SHOT TV премьера — фильм Седрика Клапиша, мастера романтических драмеди о бурлящей городской жизни. В этот раз постановщик приглашает в Париж времен Прекрасной эпохи. Хотите узнать, почему его новый сентиментальный фильм — лучший выбор для приятного вечера?
Живописная фантазия о связи времен известного французского режиссера Седрика Клапиша «Цвета времени» (2025) как нельзя лучше вписалась во внеконкурсную программу Каннского кинофестиваля. Страна — хозяйка престижного кинематографического форума нашла изящный способ напомнить о преемственности времен и тесной связи настоящего с прошлым.
Из международного названия картины «Цвета времени» выпал тот оттенок предчувствия неопределенности и ожидания, что кроется в словах La Venue de L’Avenir («Приход будущего»). Оригинальный вариант точнее отражает состояние Европы на рубеже столетий. Конец XIX — начало XX веков вошли в историю относительно мирными временами, что ознаменовало стремительный рост технологий, расцвет искусства и культуры.
Постановщик Седрик Клапиш и сценарист Сантьяго Амигорена рассказывают историю в двух временных пластах. 1895 и 2024-й соединяет загадочная картина с изображением молодой девушки. Ее секрет попробует раскрыть небольшая группа незнакомцев из настоящего. Все они собрались в старом полузаброшенном доме в Нормандии не случайно. Четыре представителя из множества дальних родственников полузабытой владелицы должны решить судьбу поместья, доставшегося им по наследству. Дом полон старинных пожелтевших бумаг, выцветших фотографий и семейных тайн.
Тайные послания
Собрав разноликую публику потомков, режиссер дает рассмотреть каждого немного подробнее. Все они типичные современные европейские горожане. Молодой модный фотограф Себастьян (Абрахам Уоплер) невольно станет тем, кто загорится идеей узнать все о своем предке на портрете. Несмотря на меланхоличный характер, он сможет объединить для принятия важного решения и виртуального путешествия в прошлое уставшего учителя французского языка Абделькрима (Зинедин Суалем), надменную бизнес-леди Селин (Джулия Пьятон) и эксцентричного пчеловода Гая (Венсан Макен). Все эти персонажи образуют современную большую семью — собирательный образ французов XXI века.
Стремительно перепрыгнув на век назад, рассказ начнется с решительного поступка молодой Адель Менье (Сюзанн Линдон). Она покидает свой тихий сельский дом, где ее воспитала бабушка, и направляется в Париж, чтобы отыскать свою мать Одетту (Сара Жиродо).
Образ скромной наивной девушки из глубинки с чистым сердцем и цельной натурой имеет давнюю традицию во французском кино. В знаковой драме «Провинциалка» (1980) Клода Горетта с Натали Бэй в главной роли такая же полная надежд героиня искала себя в хитросплетениях взаимоотношений людей суетной столицы. Но только Клапиш не намерен погружаться так глубоко в психологию. Он остается на поверхности эстетического.
Новая человеческая комедия
Париж кипит энтузиазмом молодых представителей искусства. Живописцы открывают миру революционный импрессионизм. Фотографы бросаются запечатлевать мир. Вот-вот их статичные оттиски времени начнут двигаться в живых кадрах синематографа. На пути в столицу Адель повстречает художника Анатоля (Поль Киршер) и фотографа Люсьена (Вассили Шнайдер). Подобно плывущим на барже к огням Парижа героям лирической «Аталанты» (1934) законодателя поэтического реализма Жана Виго, молодые люди тоже встречаются на речном судне.
Пылкие творческие личности напомнят собой великих современников. Именно тогда зарождались карьеры художника Клода Моне и фотографа-экспериментатора Феликса Надара. Особенно трогательно из дня сегодняшнего слышать споры Поля и Люсьена о том, что живопись умрет, а фотография не является искусством. Оба мечтают покорить своим талантом весь мир. Обоих представителей будущей столичной богемы вдохновит прекрасная незнакомка, соединив в любовный треугольник.
Не успев оформиться, едва забрезжившая «человеческая комедия», претендующая на параллель с «Утраченными иллюзиями» Оноре де Бальзака, так же быстро растворится в задумчивых живописных туманах над Сеной. Клапиш, мастер многолюдных историй, наполненных очаровательным юмором и теплом, элегантно лавирует между острыми социальными темами. Он намеренно избегает волнующих темных драматических событий того периода времени, уделяя основное внимание лишь чувственной стороне отношений.
Уморительный способ, при помощи которого гости старой пыльной усадьбы в кульминации проникают в прошлое, лишний раз доказывает озорство нестареющего режиссера. Его дерзкая сюрреалистичная фантазия бросит вызов другой романтической мелодраме с путешествием во времени — «Полночи в Париже» (2011) Вуди Аллена.
Музыка импрессионизма
Художники картины Мари Шеминаль («От кутюр») и Пьер-Ив Геро («Коко Шанель») знают толк в стилизации. Они нежно и старомодно рисуют визуальный мир Парижа конца XIX века. Узнаваемые улицы и скверы, детализированные костюмы, аутентичные интерьеры и тщательно продуманные декорации словно сошли со старых фото, открыток и настенных календарей сувенирных магазинов. Запах багета и густых масляных красок, звуки пения утренних птиц и розовые лучи восхода солнца на стенах маленькой комнатки на Монмартре — все это обволакивает комфортом и удовольствием.
В художественных салонах посчастливится повстречать великих соотечественников, чьи имена все знают со школьной скамьи. На экране возникнут классик Виктор Гюго (Франсуа Берлеан), великая актриса Сара Бернар (Филиппин Леруа-Болье) и культовый художник-импрессионист Клод Моне (Оливье Гурме).
Раскручивать почти детективную интригу помогает монтаж Анны-Софи Бьен («Артист»), которая по ходу фильма меняет ритмику и продолжительность кадров.
Оператор Алексис Кавиршин («Шагни вперед») также делит повествования надвое, меняя фокус и композицию кадров, подбирая уместные цвета. Холодные серые, синие и приглушенные землистые тона в современной Нормандии наиболее удачно отражают настроения горожан в пласте фильма, относящемуся к XXI столетию. Историческая ретроспектива полна импрессионистского напора красок. Камера словно оживляет полотна самого Моне. Но на этом она не останавливается. Мягкие края кадра и размытие по бокам дает эффект старых фотопластин. Застывшие мизансцены имитируют долгую выдержку. Затем камера переходит к панорамированию, напоминая о том, что фотография постепенно начинает оживать в первых фильмах братьев Люмьер.
Музыкальное оформление картины было доверено известному французскому музыканту Робину Кудеру («Любовь на кончиках пальцев»). Его меланхоличные мелодии в жанре неоклассики переходят в приятный эмбиент. Моцарт и Шуберт легко уживаются в кадре с французским шансоном, электронными техноритмами Ребекки Уорриор и чувственной песней инди-фолк-исполнительницы Клер Помме.
Разбирая старые снимки
Узнавая все больше о прошлом, о жизни, о людях из старых документов и с фотографий, герой отзеркаливает Адель в настоящем. Он оказывается на таком же перепутье. Ему тоже нужно сделать свой собственный выбор.
Адель узнает о своей матери совсем не то, что ожидала. Важный лейтмотив фильма — принятие своих предков без ауры непогрешимости и во всем многообразии жизни. Себастьян, как и Адель, постепенно понимает, что ожидания могут быть долго лелеяным мифом. Прошлое — не музейный экспонат. Оно начинает наполняться для героя истинными смыслами. Так, простое и сладкое кино на вечер наводит на очень гуманную и прекрасную мысль. Узнавая правду о прошлом, прощая несовершенства предыдущих поколений, новые начинают лучше понимать день сегодняшний, своих современников и самих себя.
