На минувшей неделе в России прошла премьера канадского хоррора, которому рукоплескали на фестивалях «Сандэнс» и «Фантазия». Разбираемся, чем привлекательна лента и что отличает ее от других
Поджанр фильмов ужасов — жанр «найденной пленки» — давно завоевал почитателей по всему миру. «Ведьма из Блэр», антология «З/Л/О», «Репортаж», франшиза «Дом ада», эти и многие другие фильмы будоражат воображение зрителей и щекочут им нервы. И дело не только в том, что «найденная пленка» — это хоррор, но и в том, что жанр подразумевает псевдокументальность происходящего, заставляет на мгновения или минуты поверить в то, что на экране разворачивается нечто, случившееся в реальности. Найденные пленки рассказывают истории о сверхъестественном, призраках, монстрах и различной нечисти, с которыми сталкиваются ни о чем не подозревающие герои, оказавшиеся в ненужном месте в неподходящее время.
Палитру «найденной пленки» решил разнообразить Иен Туасон, чей дебютный полный метр «Полутон» (Undertone) также рассказал о находке — не видео-, но аудиопленке.
Пятничный подкаст
«Полутон» — это еженедельный подкаст, посвященный сверхъестественному, который ведут старые друзья: Эви (Нина Кири) и Джастин (Адам ДиМарко). Мало того, что они живут в разных городах, так еще и не виделись несколько лет. Впрочем, отсутствие встреч в «реале» нисколько не мешает молодым людям заниматься любимым делом: копаться в загадках и холодящих жилы тайнах и рассказывать о них слушателям. Джастин всецело поглощен исследованием потустороннего и любая находка, любой намек на необычность приводят его в восторг. Он не склонен к долгим рассуждениям и готов многое принять на веру. Эви — полная его противоположность. Она рациональна и вдумчива. Даже если рядом с ней возникнет приведение, она подвергнет сомнению сам факт его существования в этой реальности. Вот так, бесконечно дискутируя, Эви и Джастин ведут свою программу.
Однажды на электронную почту Джастина приходит загадочное послание с десятью пронумерованными аудиофайлами. Каждый из них содержит запись, сделанную молодой семейной парой в ночное время. И вроде бы ничего необычного — разговоры перед сном, пожелания спокойной ночи и все в таком духе. Однако в глубокой ночи в их доме раздаются странные и пугающие звуки. Каждый новый файл преподносит сюрприз, и подкастеры начинают всерьез переживать за людей, чьи голоса зафиксировал микрофон.
Эви и Джастин понимают, что имеют дело не с розыгрышем, а с проявлением могущественной потусторонней силы — древней демоницы Абизу. Согласно иудейской мифологии демоница эта насылала хвори и смерть на беременных и рожениц, а также на младенцев. Ужас беременной Эви усиливается многократно, когда она узнает, с кем имеет дело.
Мир звуков
«Я думаю, что звук — самый важный элемент фильма ужасов, важнее изображения, — говорит Иен Туасон. — Все, что вы можете себе представить, всегда будет страшнее того, что я могу вам показать».
Туасон для любителей хорроров — не такой уж ноунейм. В конце нулевых он начал снимать короткометражные VR-видео, имевшие большой успех вначале на YouTube, а затем в павильоне NEXT на кинорынке в Каннах.
Первый полнометражный проект, снятый за полмиллиона долларов, быстро окупился, заработав 9 миллионов в международном прокате. Больше того, зрители охотно рукоплескали работе на фестивалях «Сандэнс» и «Фантазия» (Монреаль).
Говоря о том, как родилась идея «Полутона», Туасон отметил: «Мне всегда казалось, что объемный звук в кинотеатре — это отличная возможность применить полученные знания и поэкспериментировать с ними, создать трехмерный звуковой ландшафт и направить внимание зрителя на разные пространства вокруг него. Я просто объединил множество вещей, которые мне нравились, например сценарии подкастов и "найденную пленку"».
Звук играет решающую роль в рассказываемой истории. Звук, призвук, шепот, шорох, щелчок, скрип — все идет в дело. Некоторые звуки попросту невозможно идентифицировать.
Иен Туасон и оператор Грэм Бисли мастерски обыгрывают штампы, свойственные фильмам ужасов. Камере скучно постоянно показывать героиню Нины Кири («Рассказ служанки»), пока та слушает пленки и беседует с Джастином. Камера плавно движется по комнате, заглядывает в темные уголки, показывает мрачный коридор, в конце которого теплится свет. А зритель в это время ждет, что из темноты выплывет или выскочит что-нибудь жуткое, кошмарное, кровожадное. Зритель давно подготовлен к таким поворотам в хоррорах, а потому находится в ожидании неизбежного появления зла на экране — в какой угодно форме. Воображение то и дело рисует в сумраке дома таинственные силуэты, и когда они появляются (или же это фантазия зрителя?), все как будто бы становится на свои места.
В руках Грэма Бисли камера выполняет кульбиты: она вращается вокруг собственной оси, замирает в самых неожиданных ракурсах и усиливает постоянно нарастающее чувство клаустрофобии.
Одиночество Иена Туасона, одиночество Эви
Съемки «Полутона» проходили в доме режиссера — там, где умерли его родители. Тоска по родителям, неизбывное одиночество становятся одним из лейтмотивов хоррора.
Эви живет одна и редко выходит наружу. Вообще, персонаж Нины Кири — единственный человек, которого мы видим в фильме. Остальных мы можем лишь представлять, вслушиваясь в их голоса. Впрочем, в кадре то и дело появляется мать Эви (Мишель Дюке). Это тяжело больная женщина, остающаяся в постели в бессознательном состоянии на протяжении всего фильма. Эви оказывает матери паллиативную помощь и пытается заниматься своими делами, то и дело рефлексируя и сознавая, что жизнь проходит мимо нее. Она носит в утробе ребенка, но о том, кто его отец, мы ничего не знаем.
Фильм Туасона получился не просто хоррором, но еще и семейной драмой, в которой Эви, ухаживающая за матерью, остается наедине со своими страхами и сомнениями. «…это рассказ о настоящем ужасе: потере родителя, заботе о родителе, а также о католическом чувстве вины, родительской вине. Хорошо ли я поступаю? Достаточно ли я молился? Оказывал ли я своим родителям должное внимание? Заботился ли я о них как надо? Я думаю, это настоящий ужас из реальной жизни», — говорит Нина Кири, полтора часа в одиночку удерживающая внимание смотрящих.
Чужая история, запечатленная на аудиозаписи, становится историей самой Эви, внезапно открывшей для себя, что мир, вероятно, не столь рационален, как она себе представляла, и в нем есть место для вещей порою необъяснимых и весьма таинственных.
