Поскреби решившего попробовать свои силы в режиссуре известного петербургского актера — обязательно обнаружишь либо фрика, либо черта
Уж так устроен Санкт-Петербург, что время от времени он заставляет своих творцов переходить на язык гротеска и абсурда, а юмор выкрашивать в черный цвет. В XIX веке не устоял Гоголь, в XX веке добавил Хармс, обоих к концу жизни сочли за сумасшедших. В XXI веке небезопасная для душевного здоровья абсурдистская традиция опять прорывается в мир. В том числе, — через короткий метр режиссера Федора Прожоги.
Известный петербургский актер, сам переигравший в трех десятках киносериалов, в «Опасной традиции» Прожога интерпретировал на свой манер историю… Красной Шапочки. На роль главной героини, болтушки Лизы пригласил свою любимую Ольгу Федорову (спасавшую мужчину-самоубийцу в не менее гротескной дипломной работе режиссера «На мосту»). Роль современного Волка, маньяка «Ахмеда» доверил Илье Благовскому — «одарил» его соответствующей улыбкой и снабдил зловещим арсеналом в багажнике его машины (от усыпляющего хлороформа до пилы-ножовки для разделки потенциальных жертв на части).
Будет и лес. Будут и «охотники». И, конечно, закончится сказка совсем не так, как придумал Шарль Перро. И не по фантазиям маньяка, а по-нашему, по-хармсовски.
Помните, у Даниила Ивановича в стихе «Театр»:
"Девчонка- комсомолка
Не боится волка!"
