Ищете, что необычного посмотреть после работы или в выходные, а голливудские блокбастеры набили оскомину? Тогда обратите внимание на подборку фильмов, снятых в Венгрии
Не так давно SHOT TV рассказывал о современном кинематографе Румынии и румынской новой волне. Нам показалось небезынтересным собственное начинание, а потому мы придумали новую рубрику, посвященную кинематографу стран Восточной Европы. Во что выльется наша идея — покажет время, а пока предлагаем рассказ о шести венгерских фильмах, снятых в XXI веке.
Кинематограф Венгрии
Венгры, жившие тогда в составе Австро-Венгерской империи, познакомились с изобретением братьев Люмьеров в 1896 году — в кафе будапештского отеля Royal состоялся первый кинопоказ. Летом того же года в центре города открылся первый кинотеатр. Спустя 15 лет в Будапеште их насчитывалось около сотни.
Первая венгерская кинокомпания — Projectograph — возникла в 1908-м. На ее базе создавались художественные и документальные фильмы, снималась кинохроника.
На развитие национального кино и наращивание темпов его производства оказали влияние немецкие специалисты, постоянно приезжавшие в Венгрию. Первая мировая война нанесла непоправимый урон как кинематографу, так и всей венгерской жизни. Ведущие режиссеры — Майкл Кёртис и Александр Корда — покинули родину. Первый обосновался в Голливуде, второй — в Великобритании. Кёртис снял такие фильмы, как «Ангелы с грязными лицами» (1938) и «Касабланка» (1942). За режиссуру последней он удостоился «Оскара». В 1941-м Корда создал «Леди Гамильтон», получившую четыре номинации на премию Американской киноакадемии.
Оживление в венгерском кино наступило лишь после 1948 года, вслед за падением режима Миклоша Хорти (1920–1944). В стране была основана знаменитая «Школа театра и кино», подарившая миру немало знаковых режиссеров и артистов. Среди них Золтан Фабри, Миклош Янчо, Иштван Сабо, Андраш Ковач. На 1960-е пришелся расцвет венгерского авторского кино, вышедшего далеко за границы стран Восточного блока.
В конце XX — начале XXI века уже новое поколение венгерских кинематографистов привлекает внимание мирового зрителя. Это и Тамаш Шаш, и Габор Херенди, и Кристина Года, и Нимрод Антал, и Янош Сас, и Ильдико Эньеди.
«Земмельвейс» (2023): спаситель матерей
Большинство современных женщин вряд ли слышали про Игнаца Земмельвейса, однако очень многим ему обязаны.
«…умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей…» — говорится в книге Бытия. Если бы только это было единственной проблемой рожениц прошлого. В середине XIX столетия смертность женщин и новорожденных после родов превышала 50%. Чудовищная по современным меркам цифра. Причины никто не знал, поэтому смерти относили за счет родильной горячки. Венгерскому врачу Игнацу Земмельвейсу подобного объяснения было недостаточно, поэтому, работая в одной из клиник Вены — тогдашней столицы Австро-Венгерской империи, он пытался понять, что именно вызывает смертность рожениц и младенцев.
Наблюдая за своими пациентками, за самим собой и коллегами, Земмельвейс пришел к выводу, что родильную горячку, то есть послеродовой сепсис, вызывают инфекции. (Тогда Луи Пастер еще не совершил важнейшего открытия и не поведал миру о бактериях.) Венгр обнаружил связь между тщательным мытьем рук и инструментов, а также стиркой постельного белья в растворе хлорной извести и уровнем смертности.
К его научным эмпирическим изысканиям большая часть коллег относилась со скепсисом; иные попросту заявляли, что долгое мытье рук их утомляет. Особо впечатляющих результатов Земмельвейсу удалось добиться в Будапеште, куда он был назначен главным акушером в больнице Святого Роха. Там Игнац добился снижения уровня смертности до 0,85%, за что заработал в народе прозвище «спаситель матерей». Таким образом, Земмельвейс стал одним из основоположников асептики, но этим перечень его заслуг не исчерпывается.
Именно Земмельвейсу посвятил свой одноименный фильм Лайош Кольтаи, более известный как оператор-постановщик таких картин, как «Легенда о пианисте» (1998) и «Малена» (2000). Вместе с актером Миклошем Х. Вечеи он создал образ неустанного труженика, отрешенного от мирских забот и всецело посвященного своим пациенткам и спасению их жизней. Земмельвейсу и его образу мыслей противопоставлена толпа австрийских врачей, не желающих его слушать. Венгры занимали в империи неравное с австрийцами положение, и это постоянно подчеркивается авторами.
Как бы там ни было, Игнац Земмельвейс идет до конца, веря в то, что отыщет решение и победит родильную горячку. Его верным партнером становится медсестра Эмма Хоффман (Катица Надь), с которой врача свяжут не только деловые отношения.
Как и присуще историческим драмам о видных деятелях, образ Земмельвейса отчасти романтизирован, но именно так он может найти большее сочувствие у зрителя. Его коллеги, все еще живущие предрассудками и верящими в то, что на все воля божья, изображаются не без карикатурности. Все это, конечно, издержки жанра.
«Земмельвейс» Лайоша Кольтаи — фильм с понятным сюжетом и посылом, что делает его весьма ценным.
«Пост мортем» (2020): страшная сказка
Только-только закончилась Первая мировая война, унесшая миллионы жизней, беспощадно переломавшая тысячи и тысячи судеб и развалившая не одну империю. Томас (Виктор Клем), воевавший на стороне Австро-Венгрии, зарабатывает на хлеб тем, что фотографирует людей. Снимки у него особенные — посмертные, призванные запечатлеть дорогих сердцу заказчика родственников и друзей сразу после их кончины. Подобные фото пользовались в прежние времена огромным спросом, а у современного человека вызывают вопросы и недоумение.
В одном из небольших венгерских городков Томас знакомится с девочкой по имени Анна (Фружина Хаис). Та сообщает, что в их деревне померло от «испанки» множество жителей. Платить деревенским нечем, однако Томас собирается в путь, заинтригованный появлением девочки больше, чем возможностью подзаработать. Анна привиделась ему в смертный час, когда его, посчитав погибшим, сбросили в братскую могилу.
В крошечной и ухоженной деревеньке действительно свирепствует смерть: множество крестьян погибло, а похоронить их нет возможности — земля промерзла. Вот и лежат они в хлеву, дожидаясь погребального часа. Томас берется сделать посмертные фотографии и вскоре выясняет, что сгубил крестьян не испанский грипп, а призраки, объявившие войну живым.
Несмотря на то, что жанр фильма Петера Бергенди обозначен как «ужасы», он, скорее, походит на страшную сказку и даже навевает воспоминания о страшных повестях и рассказах русских писателей, не раз издававшихся в отдельных сборниках.
Бергенди вместе с художниками Яношем Бреклем и Тамашем Тамаси, оператором Андрашем Надем и композитором Аттилой Пачаи создает действительно страшную и пугающую атмосферу, в которую следом за героями окунается и зритель. Здесь нет выскакивающих из-за угла чудовищ, кровавых убийств — только жуткие звуки, тени и холодящие кровь происшествия. Преодолевая страх, Томас и его юная спутница Анна пытаются понять, что же вызывало возмущение у призраков.
«О теле и душе» (2017): будет очень больно
Однажды в столовой мясокомбината Эндре (Геза Морчани) встречает новую сотрудницу — специалиста по качеству Марию (Александра Борбей). Стареющий мужчина испытывает к девушке особенное чувство в то время, когда прочие коллеги не таясь посмеиваются над ней. Мария ведет себя крайне странно — подобно машине или роботу, не проявляя эмоций и не стремясь выстраивать коммуникацию с другими людьми. Все это делает ее не просто одинокой, а космически одинокой.
После довольно нелепого случая на производстве (из шкафчика пропадает сильнодействующий возбудитель для быков) на комбинате появляется психиатр. Именно она, проводя расследование и изучая характеры работников, обнаруживает, что Эндре и Марии постоянно снится один и тот же сон, полностью совпадающий в деталях. Так для двух одиночеств начинается долгий и в чем-то мучительный путь друг к другу.
Фильм «О теле и душе» — повествование неторопливое, не совсем реалистичное, но в итоге представляющее зрителю два четких портрета одиночек, которых встретишь повсюду. Наблюдать за героиней Александры Борбей, завоевавшей, кстати говоря, приз Европейской киноакадемии за лучшую женскую роль, — большое удовольствие. Ее непредсказуемые реакции на обыкновенные бытовые вещи и на людей служат украшением картины. Если проводить кинопараллели, можно вспомнить отстраненную и холодную, целиком погруженную в себя Софию Хелин из скандинавского сериала «Мост». Но при явной общности черт актрисы создают разные образы.
Картина Ильдико Эньеди удостоилась «Золотого медведя» Берлинале и еще трех наград этого престижного киносмотра.
«Толстая тетрадь» (2013): наука выживания
Август 1944 года. Большой город, живущая в достатке семья: отец, мать, два тринадцатилетних брата-близнеца. Мир вокруг меняется: отец-офицер отбывает на фронт, чтобы попытаться остановить стремительное и мощное наступление Красной Армии. Совсем скоро венграм — союзникам нацисткой Германии придется платить по счетам. Чтобы обезопасить мальчиков, родители отправляют их в глухую деревню к бабушке.
Экранизировал роман «Толстая тетрадь» пера швейцарской писательницы венгерского происхождения Аготы Кристоф театральный режиссер Янош Сас, чьи постановки шли в разных странах мира, в том числе на сцене Художественного театра в Москве.
«Толстая тетрадь» — дебютный роман Кристоф, впервые изданный в 1986 году, а позже превратившийся в трилогию. Говоря о книге, один из критиков назвал ее «стилизованным под детский дневник постницшеанским кошмаром».
После изобильных лет братья-близнецы, чьи роли исполнили Ласло и Андраш Дьемант, оказались в нищете. Бабушка, двадцать лет назад возненавидевшая свою дочь за то, что та покинула отчий дом, проецирует ненависть на внуков. Она отказывает им в крове и еде, пока те не примутся за тяжелый труд. «Кто не работает, тот не ест» — эта поговорка служит непроизнесенным вслух девизом старухи. Ее блестяще сыграла Пирошка Мольнар, когда-то снявшаяся в одном из важнейших венгерских фильмов «Сиротка» (1976).
Жизнь в деревне скучна и полна лишений. Ощущение неминуемой страшной развязки усиливается с каждой минутой. Мальчики учатся недетской науке выживать, а она состоит из умения лгать, воровать, притворяться, быть бесчувственными и жестокими.
В финале Янош Сас погружает зрителя в страшнейшую сцену — возвращение с войны отца. Еще несколько месяцев назад это был подтянутый и пышущий здоровьем офицер. Теперь это только тень человека, побывавшего в аду и лишившегося самого главного — возможности жить нормальной жизнью. Судя по всему, такой возможности уже никогда не будет и у его сыновей.
«Лафа!» (2008): деревенский стартап
В небольшой приграничной деревушке каждый день похороны: без конца хоронят Иштвана (Андор Лукач). Нет, он не умер и не восстает по ночам из могилы. Траурная церемония, ведомая священником в присутствии подставных родственников, служит прикрытием для подпольного бизнеса, придуманного как раз мнимым усопшим. Как-то раз, разочаровавшись в односельчанах, он накинул веревку на ветвь дерева прямо над могильной ямой. Веревка оборвалась, и Иштван рухнул вниз. Здесь-то он и сделал невероятное открытие: под кладбищем проходит трубопровод австрийской нефтеперерабатывающей компании. Врезавшись в трубу, находчивые венгерцы принялись выкачивать топливо и продавать его по бросовой цене.
Комедия Тамаша Кеменьффи рассчитана в большей степени на венгерского зрителя, которому хорошо понятны и знакомы и бедная жизнь, и пресловутая дороговизна цен, и, главное, переходящая в ненависть неприязнь к соседям-австрийцам, возникшая по известным историческим причинам. Австрийцы в «Лафе!» изображены карикатурно: они бездушные хапуги, желающие проехаться на горбе трудолюбивых венгров.
Сценарий Балинта Хегедюша поначалу по-настоящему захватывает, но вскоре действо начинает проседать и затормаживаться, словно создателям не хочется, чтобы поскорее наступила гротескная развязка.
«Контроль» (2003): синдром вахтера
Обычные горожане, хулиганы, проститутки, наркоманы и убийцы — пассажиры будапештского метро, каждый день спускающиеся под землю и норовящие проехать без билета. Противостоят им бравые и не очень контролеры — отряды, собранные из разношерстной публики. Они переходят из вагона в вагон, построенных на российских заводах, и штрафуют безбилетников.
Ежедневно в подземке гибнут люди: кто по собственной поле, а кто от рук неизвестного убийцы, сталкивающего пассажиров на рельсы. Зрелище перемолотых колесами людей давно не производит на контролеров впечатления.
Выделяется среди них Булчу (Шандор Чаньи). Он явно не от мира сего, то есть не из подземки. Его прошлое скрыто туманом, однако из одного диалога удается выяснить, что некогда он подавал надежды как ученый, но затем все бросил и ушел работать в метро, откуда носа на белый свет не кажет. Как спящую красавицу может спасти от вечного сна поцелуй прекрасного принца, так Булчу может спасти появление обаятельной незнакомки в костюме медведя.
«Контроль» — первая полнометражная работа венгерского режиссера Нимрода Антала, который вскоре был приглашен в Голливуд, где снял триллер «Вакансия на жертву» (2007) и боевик «Хищники» (2010). Голливудские работы Антала совсем не походят на его венгерский фильм, где реализм соседствует с фантасмагорией, а острая сатира находит выражение в самых необычных формах. Кажется, что «Контроль» практически бессюжетен и соткан из разномастных сценок, но они в итоге складываются в мозаичное панно. И да, создатели в самом начале предупреждают: показанное в фильме метро не имеет ничего общего с метрополитеном Будапешта. Так ли это на самом деле?..
В 2004 году «Контроль» завоевал премию молодежного жюри на Каннском кинофестивале, а Нимрод Антал номинировался Европейской киноакадемией на звание лучшего режиссера.
