12 ноября в 22:00 на SHOT TV психологический триллер, действие которого развивается на фоне событий Второй мировой войны. Разбираемся, почему принятый с воодушевлением европейскими, китайскими и российскими зрителями фильм вызывал дискуссию у кинокритиков и не попал в число номинантов на премию «Оскар»
Оскароносный шедевр «Список Шиндлера» (1993) Стивена Спилберга задал высочайшую планку для всех последующих фильмов киномейнстрима на серьезную и болезненную тему холокоста. За ним последовала волна киноработ, в которых свой авторский взгляд на страшное преступление середины ХХ века продемонстрировали и другие известные режиссеры: пронзительная трагикомедия «Жизнь прекрасна» (1999) Роберто Бениньи, биографическое свидетельство «Пианист» (2002) Романа Полански, приключенческий триллер «Черная книга» (2002) Пола Верховена, трагичная притча «Мальчик в полосатой пижаме» (2008) Марка Хермана.
Больше двадцати лет назад дебютная лента режиссера Вадима Перельмана «Дом из песка и тумана» (2003) с участием Бена Кингсли и Дженнифер Коннелли покорила экраны мира и стала трехкратным номинантом на премию «Оскар». С тех пор Перельман зарекомендовал себя мастером экранизаций с острым психологическим сюжетом на стыке массового и фестивального кино.
Постановщик давно хотел затронуть тему холокоста. Для этой цели объединились кинематографисты России, Беларуси и Германии. Результатом стала военная драма «Уроки фарси» (2020), премьера которой прошла на Берлинском кинофестивале. Прокат фильма был прерван разразившейся пандемией, а представление на «Оскар» от Беларуси потерпело неудачу. Фильм был дисквалифицирован за несоответствие правилу о гражданстве создателей. Несмотря на все проблемы, лента успешно прошла по мировым экранам и получила высокую оценку зрителей.
Каждому свое
1942 год. Взгляд камеры поднимается над воротами фильтрационного лагеря во Франции, куда свозят задержанных по всех стране евреев, открывая взору кованую надпись Jedem das Seine. «Каждому свое» — фраза латинских философов о справедливости. Ее смысл был преступно извращен нацистским руководством, которое размещало ее на входе в местах массового уничтожения людей.
Перед отправкой в гибельное путешествие в один конец в пересылочный пункт попадает чудом избежавший смерти молодой бельгийский еврей, сын раввина по имени Жиль Кремье (Науэль Перес Бискаярт). Назвавшись вымышленным персидским именем Реза Джун, он вынужден будет вступить в смертельно опасный психологический поединок с офицером СС Клаусом Кохом (Ларс Айдингер). Главный повар концлагеря мечтает после мировой победы режима отправиться за своим братом в Тегеран и открыть там ресторанчик. Это не вызывает удивления у приближенных, ведь Иран поддерживает Германию и выступает в войне на ее стороне.
Для осуществления этого желания Коху необходимо изучить незнакомый язык фарси. Жиль — единственный обладатель знаний, который может донести их до начинающего ученика. Но самая ужасающая проблема состоит в том, что молодой человек на самом деле не знает ни единого слова на персидском. Чтобы выжить, ему нужно придумать новый язык и самому запомнить каждое выдуманное слово. Он вступает в опасную игру, которая будет длиться шесть тревожных месяцев.
Почти реальные события
В последнее время зрителя все реже трогают вымышленные истории. Все чаще ремарка «основано на реальных событиях» становится дополнительным поводом сходить в кинотеатр.
Вадим Перельман вместе со сценаристом Ильей Цофиным («В созвездии Стрельца») не пренебрегают этим обстоятельством — правда, с небольшой оговоркой и изменением формулировки на «вдохновлено реальными событиями».
Основой сюжета фильма «Уроки фарси» послужил маленький рассказ на 14 страниц «Персидский для капо» (1952) немецкого драматурга и писателя Вольфгана Кольхаазе, когда-то опубликованный в ГДР.
В истоках создания фильма лежало взаимодействие многих языков и создателей из разных стран. В течение трех лет подготовки к съемкам сценарий несколько раз переписывался с русского на английский. Окончательный вариант вышел на немецком, который и стал основным языком фильма. Подобные истории могли иметь место в реальности, но, по словам самого автора картины, он так и не нашел в архивах ни одного случая, точно повторяющего сюжет «Уроков фарси». Несмотря на то что образ главного героя, который стремится выжить в нечеловеческих условиях благодаря своей находчивости, интеллекту, мужеству и гуманизму, собирательный, он нашел отклик в сердцах зрителей мира.
Ненадежный переводчик
По замыслу режиссера «псевдофарси» должен был состоять из реальных имен — людей жертв холокоста из Южной Европы. Для этого приглашенный лингвист-филолог из России Антон Киров использовал около 600 оригинальных имен. Сконструированные искусственно грамматические основы включали в себя оттенки восточных языков, фарси и иврита. Несуществующий язык был разработан детально. В нем были представлены все части речи. На нем возможно было полноценно разговаривать и обмениваться информацией. После выпуска «Уроков фарси» режиссер пообещал когда-нибудь издать целый словарь слов, которые были придуманы специально для фильма.
Язык в фильме становится метафорой. Имена погибших людей, из которых он состоит, спасают реальную жизнь одного человека, а он сохраняет их для потомков. Сам того не ведая, нацист этими словами документирует собственные преступления.
Аргентинский актер-полиглот Науэль Перес Бискаярт («До свидания там, наверху»), владея свободно испанским, английским и французским, специально для фильма выучил немецкий и вымышленный фарси. Его герой Жиль предстает отчаянным борцом за жизнь. Он проходит путь от безумного страха перед гибелью через изобретательный способ выживания к высокому самопожертвованию.
Известный немецкий актер Ларс Айдингер («Жизнь»), наоборот, избрал естественное погружение в контекст. Он специально не изучал новый язык, чтобы его реакция на незнакомые слова и выражения была наиболее естественной. Его герой Клаус Кох — не стереотипный злодей и мучитель. Он обыватель со своими детскими травмами и приземленными мечтами о простом житейском счастье. Соизмеряя благополучие банками тушенки, гордясь собственной значимостью и даже пытаясь писать стихи, он не считает себя монстром. Он никого не убивал. Он всего лишь готовил еду для убийц.
На сильном дуэте этих двух великолепных актеров до самого финала держится драматургическое напряжение.
Свидетели обыденности зла
Атмосфера увлекательного саспенса, созданная камерой оператора Владислава Опельянца («Лето»), была встречена критикой. Непривычная для таких фильмов слишком эстетичная картинка многих смутила из-за этической несовместимости с трагической темой фильма. Промозглые леса Бобруйска, ставшие основной локацией для съемок, погружают в густой туман неопределенности и беспросветный лабиринт самообмана. Сглаженные сизые и голубые тона, нечеткие текстуры уходят от утрирования творящихся злодеяний. Они создают обыденную картину жестокой повседневности. Статика и глубина изображения вносят свои особенные детали, которые становятся важными подсказками для внимательного зрителя.
Классическая плавная смена кадров монтажа Весселы Мартшевски («Бочка») призвана также не тревожить, демонстрируя рутинизацию жизни охранников лагеря. Они автоматически и бездумно выполняют свои «обыденные обязанности» по истреблению людей.
Гнетущую атмосферу закрытого пространства передает музыкальное оформление Евгения и Александра Гальпериных («Тело Христово»). Оно мимикрирует под тревожный гул, внезапные шорохи, случайные скрипы. Музыка не манипулирует, стремясь добавить сострадания. Ее органично вплетают в общий организм.
Художественные приемы картины «Уроки фарси» без излишнего надрыва и пафоса попадают в цель. Они создают состояние холодного оцепенения, которое возникает при наблюдении за чудовищной обыденностью творящегося зла.
«Уроки фарси» в эфире SHOT TV 12 ноября в 22:00.
Повторы: 13 ноября в 19:00 и 14 ноября в 16:00.
